Зубайдулло Махмадносиров понимает это очень хорошо. Ему было тринадцать лет, когда однажды он с друзьями собрался в горы, чтобы пасти скот. И он не мог заранее знать, что этот день изменит всю его жизнь.

Мать Зубайдулло, Сабагуль Измойлова, не может забыть этот день: "Я пекла хлеб, когда услышала взрыв. Мое сердце замерло от ужаса. Я ясно почувствовала, что что-то ужасное случилось с моим сыном". Она выбежала из дома, стала искать его и, наконец, нашла Зубайдулло лежащим на земле, а его ноги были искалечены миной, на которую он наступил. Друзья Зубайдулло склонились вокруг него, стараясь остановить кровь шнурками от обуви.

Раштскй район был местом боев между правительственными войсками и силами Объединенной таджикской оппозиции (ОТО) с 1992 по 1997 гг. Этот район остается одним из наиболее пострадавших от мин районов в Таджикистане. По словам Джонмахмада Раджабова, директора Центра по вопросам мин в Таджикистане, за последние десять лет 175 человек погибли от противопехотных мин, и 161 человек был ранен.

Зубайдулло выжил после взрыва мины, но потерял обе ноги. Он был доставлен в столицу Таджикистана для лечения и физической реабилитации. В Душанбинском ортопедическом центре ему сделали протезы и научили заново ходить.

Это центр создан по инициативе Министерства труда и социальной защиты Таджикистана, Таджикского Красного полумесяца и Международного Комитета Красного Креста (МККК). С 1999 г. в центре прошли лечение и реабилитацию 158 пострадавших от наземных мин. Однако, как отметил Поль-Анри Морар, глава офиса МККК в Таджикистане, медицинское обслуживание и услуги по протезированию могут быть оказаны, на сегодняшний день, только части нуждающихся. Такие люди, как Зубайдулло, нуждаются также в социальной помощи, экономической и психологической поддержке. К сожалению, ощущается нехватка таких программ для людей, выживших после взрывов мин.

После несчастного случая Зубайдулло получил пенсию по инвалидности – 7 сомони (около 2 долл. США) в месяц. При средней заработной плате в Таджикистане в 60 сомони (около 20 долл. США) в месяц такая пенсия выглядит явно недостаточной для необходимых расходов. Зубайдулло необходимо несколько раз в году ездить в Душанбе для починки протезов, которые часто ломаются от ходьбы по гористой местности. И хотя ортопедический центр возмещаем ему расходы на такие поездки, родители не могут сопровождать сына, так как дорога стоит 60 сомони (20 долл. США). Пенсия мальчика не покрывает всех расходов на медицинское обслуживание и реабилитацию, и она же является его единственным источником дохода.

Гозибой Худжаеров, живущий в деревне на границе с Узбекистаном, столкнулся с такими же проблемами. Его жене, Мансуре, было тридцать лет, когда она наступила на мину, собирая хворост вместе с соседями. Мансура погибла на месте, оставив четырех детей. Гозибой получает пособие на детей в размере 14 сомони (около 5 долл. США) в месяц.

Адолат Узакова, начальник отдела пенсионной политики Министерства труда и социальной защиты Таджикистана, признает, что пенсии по инвалидности очень малы. "К сожалению, таков уровень пенсий в стране – говорит она, – Зубайдулло получает пенсию, которая была начислена ему после травмы. У него нет рабочего стажа, и он не может получать максимальную пенсию по инвалидности".

Оттавская конвенция о запрещении противопехотных мин налагает запрет на использование, производство и накопление запасов противопехотных мин. Она также призывает к тому, чтобы страны, на территории которых есть мины, обезвредили их и предоставили поддержку пострадавшим от взрывов. Признавая, что такая задача может оказаться непосильной для бедных стран, конвенция оговаривает получение для них многосторонней международной поддержки. Несмотря на это, еще во многих случаях нужды пострадавших не удовлетворены. На саммите, посвященном подведению первых результатов Оттавской конвенции (29 ноября–3 декабря 2004 г.), перед государствами будет поставлена задача разработать всесторонний план действий на ближайшие пять лет. Одним из вопросов на саммите будет разработка механизмов более полного обеспечения нужд пострадавших от взрывов мин.

Правительство Таджикистана предпринимает попытки оказания социально-экономической помощи пострадавшим. "У нас есть специальные программы для инвалидов, включая тех, кто пострадал от мин" – говорит Халимджон Рахимов, директор центра по трудоустройству при таджикском Министерстве труда и социальной защиты. Эти программы призваны уменьшить уровень безработицы среди людей, ставших инвалидами после взрывов мин, и предлагают им обучение примерно по 40 различным профессиям.

Семья Махмадносировых пытается организовать работу для Зубайдулло своими силсми. Ему сейчас шестнадцать лет, и хотя он закончил девять классов школы, он не намерен продолжать учебу. Его мать объясняет, что для продолжения учебы у Зубайдулло недостаточный уровень знаний. За время гражданской войны многие школы были закрыты, и в результате, у молодого поколения появились большие пробелы в образовании.

Взамен этого родители Зубайдулло организуют для него маленькое предприятие в соседней деревне. "Мы еще не решили точно, что это будет, – говорит отец молодого человека, – возможно, парикмахерская или сапожная мастерская. Но что бы это ни было мы хотим, чтобы у Зубайдулло было свое дело. Это поможет ему в будущем".

Желая помочь Зубайдулло, сельская община выделила его семье небольшой участок земли. Когда посаженные на нем персиковые деревья и яблони начнут плодоносить, это будет дополнительным доходом. А пока семья переживает трудные времена.

Отец Зубайдулло не теряет надежды, что когда-нибудь его сын будет жить в Душанбе, где больше возможностей найти работу. Но сам Зубайдулло не поддерживает эту идею. Отец полагает, что это связано с тяжелыми воспоминаниями о больничных палатах, боли и страданиях.

Должны быть приняты превентивные меры для того, чтобы другие люди не пережили печальный опыт Зубайдулло. Таджикский Красный Полумесяц и Международный Комитет Красного Креста (МККК) проводят совместные образовательные программы об опасности мин. Целью этих программ является уменьшение числа жертв, вызываемых этой скрытой опасностью, путем просвещения населения в тесном контакте с местным сообществом.

Информирование о минной опасности позволяет значительно уменьшить число новых жертв мин. Но это не панацея. Таджикские поселки до сих пор окружены минными полями, куда жители отправляются за дровами или пасти скот. Люди продолжают умирать или получать увечья от мин. В большинстве случаев это женщины и дети. Обезвреживание заминированных участков – единственно надежный способ оградить людей от поражения этим оружием неизбирательного действия.

Пострадавшие от мин, такие как Зубайдулло, нуждаются в поддержке на протяжении всей своей жизни. Но в перспективе, запрещение противопехотных мин, к которому призывает Оттавская конвенция, и полное разминирование дадут гарантию того, что ни один таджик не сделает шаг, который обернется трагедией.


Данный текст разрешается воспроизводить полностью или частично. При воспроизведении полностью просьба, упоминать фамилию автора и указанную в материале Делегацию МККК.

Связаться с автором или лицами, упомянутыми в настоящей статье, можно, написав в делегацию МККК в Таджикистане по адресу dushanbe@icrc.org или Камилле Важинк (Camilla Waszink) weapons.gva@icrc.org либо по телефону +41 22 730 26 67.